Председатель ЕВИК "Горный щит"

Александр Михайлович КРУЧИНИН

"Герой или авантюрист?"(Отклик на статью Л.И. Гинцель "Гулял по Уралу Азин-герой")

 

В преддверии 280-летнего юбилея Екатеринбурга газета "Вечерний Екатеринбург" печатает серию очерков о красных героях, чьими именами названы улицы нашего города.
Первой вышла публикация о красном начдиве В.М. Азине, в которой нарисован образ талантливого военачальника и самородка, яркой и сильной личности. Настоящий красный сокол на лихом коне.

Уважаемые читатели, возможно, я разочарую горячих поклонников красного командира, но ведь нельзя же бесконечно пересказывать советские мифы и легенды.
Один из этих мифов: Азин "защищал Советскую республику от интервентов". Интересно, от каких? Может быть, это было в то время, когда состоящий для поручений при Вятском губвоенкоме Вольдемар Мартынович с вооруженными отрядами реквизировал хлеб у вятских крестьян? Или может быть, когда со своей дивизией жестоко подавлял восстание ижевских рабочих, выступивших против комиссародержавия? На всем боевом пути Азина не отмечено случаев столкновения его хоть с какими-нибудь интервентами - ни с немцами, ни с турками, ни с японцами... Далеко до них от Урала.

А вот другой миф: Азин - "безусловно, самородок, талантливый военачальник". Во всех случаях, когда дивизия В.М. Азина встречалась с серьезным и хорошо подготовленным противником, она терпела неудачи. Вот лишь некоторые примеры.
Анализ документов фонда 7-й Уральской дивизии, находящегося в Российском Государственном Военном архиве показывает, что закончился поражением и отходом контрудар на Кунгур, предпринятый 28-й дивизией в январе-феврале 1919 года, когда азинцы столкнулись с белыми уральскими полками горных стрелков и с сибирскими степными полками.

Автор книги "Азин" В.Н. Ладухин, лично знавший красного начдива, пишет, как после прибытия на юг 28-я дивизия Азина была брошена на Царицын, где встретилась с кубанскими полками из Кавказской армии генерала П.Н. Врангеля. В боях 5-9 сентября Железная дивизия потеряла 8-10 тысяч бойцов убитыми и ранеными, то есть почти весь строевой состав. Ее остатки были отброшены от Царицына почти на 40 верст. Командование 10-й армии, в которую входила азинская дивизия, привлекло начдива к ответственности за огромные потери. За неподсудностью начальников дивизий армейским трибуналам материал переслали во фронтовой. Но председатель фронтового трибунала Д.Ф. Зорин, когда-то в 1918 году бывший комиссаром 28-й дивизии, представил реввоенсовету оправдание потерь - наступление на сильнейшего противника. Дело прекратили. "Цена никого не интересовала".

Пленение и смерть В.М. Азина породили уже не просто легенды, а откровенное сочинительство. Соратники никак не хотели поверить в измену своего начдива. С их точки зрения, он мог умереть только геройской смертью. Отсюда и полный набор белых зверств: пытки, повешение, отрубленные руки, ноги и голова! Но увы, все это позднейший вымысел... Свидетелей героической, да и любой другой смерти Азина нет. Также неизвестна и его могила.

В плен начдив В.М. Азин был взят казаками 14-й конной бригады генерал-майора А.В. Голубинцева 4(17) февраля 1920 года у станции Целина за рекой Маныч. Вот что вспоминал об этом в своих мемуарах "Русская Вандея" (написанных в 1921-25 годах) сам генерал А.В. Голубинцев:
"В начале февраля я с бригадой находился в одном из зимовников к северу от жел.-дорожного участка Егорлыцкая - Шаблиевка. Сюда на пополнение бригады прибыли четыре конных сотни казаков-малолетков, получивших в тот же день боевое крещение. В этот день части 28-й сов. дивизии, находившиеся в соседнем зимовнике Попове, перешли в наступление. Выдвинув около трех рот пехоты, с 12-ю пулеметами, сам начальник дивизии, товарищ Азин, выехал на усиленную рекогносцировку.

Сосредоточив укрыто в лощинах конницу против обоих флангов наступающих красных, и оставив перед фронтом лишь редкую лаву, я дал возможность противнику подойти без выстрела шагов на 500 к зимовнику. По данному сигналу наши части одновременно и стремительно в конном строю атаковали ошеломленного противника. Красные были накрыты, как стайка оцепеневших куропаток. Вспыхнувшая нервная ружейная трескотня и инстинктивная попытка к сопротивлению быстро подавлена. Несколько сабельных ударов, и противник окончательно смят. Все 12 пулеметов, приготовленных к стрельбе, были захвачены на позиции. Сам начальник дивизии, товарищ Азин, пытался было ускакать, но благодаря глубокому снегу конь его споткнулся, завяз, и красный "генерал" был захвачен в плен живым, почти как Костюшко.
Кроме того было взято около сотни пленных и столько же изрублено. Наши потери: сотник Красноглазов и семь казаков - все легко ранены.

Так как у меня было основание предполагать, что зим. Попов занят красной конницей, я решил лично проверить это у Азина путем опроса. Азин, накануне расстрелявший пленного офицера 14-й бригады, боясь возмездия, страшно волновался:
- Вы меня расстреляете, генерал! - с ужасом, хватаясь за голову, нервно выкрикивал Азин.
- Это зависит от вас. Если вы мне прямо и откровенно ответите на мои вопросы, я вас не расстреляю, а отправлю в тыл, где, полагаю, вас также не расстреляют. Даю вам пять минут на размышление: мои части готовы к атаке хут. Попова. Скажите, кем занят хут. Попов? Есть ли там конница?
- Дайте мне слово, что вы меня не расстреляете!
- Обещаю, если ваши сведения будут правдивы.
Азин, видимо, колебался. Я взглянул на часы.
- Осталось две минуты, конница сейчас начнет атаку на хутор Попов. Рискуете опоздать с ответом, господин Азин, - спокойно заметил я.
- Там лишь одна рота и обозы. Конница и два батальона час тому назад ушли, - скороговоркой прокричал Азин.

Через 10 минут зимовник Попов нами был занят, захвачены обозы и несколько десятков пленных. Азина я отправил в штаб корпуса, а оттуда он был отправлен в штаб Донской армии, где, как я узнал впоследствии, пользовался особым расположением и вниманием генерала Сидорина.

О дальнейшей судьбе Азина мне не известно, но мне рассказывали, что в районе Новороссийска Азин сделал попытку бежать к красным, но был застрелен во время бегства, где-то между вагонами, казаками охраны штаба".

Недаром председатель Реввоенсовета Республики товарищ Л.Д. Троцкий счел нужным дополнительно проверить обстоятельства дела и не поддержал ходатайство штаба 10-й армии о посылке радиограммы на имя А.И. Деникина с призывом обмена Азина на десять пленных офицеров (по другой версии, с угрозой расстрела десяти пленных офицеров). Но так или иначе никто такую радиограмму не посылал.

Конечно, правомерен вопрос: "Что все-таки представлял собой этот рубака, лихо жертвующий собой и другими? (Другими - да, но собой - вряд ли!) Кто он был?" Смутное время Революции и Гражданской войны выбросило на поверхность множество авантюристов, фанатиков и честолюбцев. Одним из них и был красный начдив В.М. Азин.

<<< На главную